Из беседы с премьер-министром Исландии С. Херманнссоном
Из беседы с Премьер-министром Исландии С. Херманнссоном, 2 марта 1987 года // Горбачев М.С. Собрание сочинений. М., 2008. Т. 6. С. 139-144.
.jpg)
Размер текста А− А А+
Беседа с Премьер-министром Исландии С. Херманнссоном 2 марта 1987 года
М.С.ГОРБАЧЕВ (в ходе взаимных приветствий). Весьма символично, что Ваш нынешний визит совпадает с новым важным шагом СССР, принятым в духе Рейкьявика, с нашим предложением по ядерным ракетам в Европе. Дух Рейкьявика живет. И даже если Рейкьявик не дал конкретных результатов, все-таки он продемонстрировал всем, что есть возможности для договоренностей по крупнейшим проблемам, связанным с выживанием человечества. Рейкьявик прочно занял свое место в жизни человечества, и мы не позволим, чтобы в Женеве нас тащили назад.
Я рассматриваю Ваш визит как продолжение Рейкьявика. Там у нас состоялись интересные, содержательные беседы. Хочу сразу же еще раз поблагодарить правительство и народ Исландии за то, что они горячо откликнулись на просьбу о проведении в Рейкьявике советско-американской встречи и сделали все от них зависящее для создания необходимых условий для ее проведения. Исландская сторона сделала все, что могла, для ее успеха. К сожалению, этого нельзя сказать о нас, то есть о США и СССР. Хотя я хотел бы отделить нас, так как мы были готовы к самым крупным договоренностям.
С.ХЕРМАННССОН. Прежде всего хочу поблагодарить Вас за приглашение посетить Советский Союз. Могу откровенно сказать Вам, что встреча в Рейкьявике была высшей точкой в моей карьере политика. Исландия с гордостью принимала участников встречи в верхах. Тогда, при Вашем отлете в аэропорту, я сказал Вам, что сожалею по поводу отсутствия договоренности в деле решения вопросов, с которыми связано избавление человечества от ядерного оружия. Вы тогда ответили мне, что, по Вашему глубокому убеждению, уже невозможно отойти от предложений Рейкьявика и что будущие переговоры будут основываться на этих предложениях. Теперь я рад слышать от Вас, что Вы считаете по-прежнему, что процесс Рейкьявика будет продвигаться вперед. Именно так я расцениваю Ваши недавние шаги, направленные на уничтожение ядерного оружия. Я был также рад слышать, что, по Вашему мнению, необходимо продолжать действовать в духе Рейкьявика. Лично я хотел бы, чтобы Рейкьявик продолжал играть свою роль и в советско-американских отношениях, и в отношениях между Востоком и Западом, между Севером и Югом, и вообще в отношениях между людьми.
Наконец, хочу сказать, что сегодня утром мы провели весьма плодотворные переговоры с премьер-министром Рыжковым, длившиеся 3,5 часа. В ходе этих переговоров мы затронули многие важные вопросы, представляющие интерес для обеих сторон. В этой связи мы приветствуем объявленную Вами новую политику открытости, гласности (произносит по-русски) и поздравляем Вас с нею.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Я помню нашу беседу в Рейкьявике в аэропорту. Она была хотя и короткая, но содержательная, значимая. Хочу сказать Вам, что самый трудный момент для меня был сразу после завершения встречи, т.е. между завершением ее и началом пресс-конференции, до которой оставалось 50 минут. Я думал, что сказать миру. И хотя сейчас прошло уже довольно много времени - 4 месяца после Рейкьявика, я могу полностью подписаться под всем тем, что сказал на пресс-конференции. Все это время мы исходили из твердого, глубокого убеждения, что был период до Рейкьявика и есть период после Рейкьявика, и возвращаться назад, начинать действовать в международных отношениях, особенно в отношениях между СССР и США так, как если бы не было Рейкьявика, неприемлемо. Это означало бы движение вспять. В этом драматизм исхода Рейкьявика.
После Рейкьявика у нас были нелегкие времена. Мы увидели, что США начали вносить путаницу, сумятицу в отношении того, что же было в Рейкьявике. Мы видели, что в Западной Европе стали заметны почти что панические настроения. И мы сделали все зависящее от нас, чтобы удержать позиции Рейкьявика. Думаю, что нам удалось это сделать. Рейкьявик стал вехой в международной жизни, он работает и сегодня.
Мы действуем, исходя из этого, и в Женеве. Нас пытаются тащить назад, вытаскивают хлам прошлого, все эти уровни и подуровни. Но мы удерживаем позиции. О том, что мы серьезно настроены на разоружение, на поиски подхода к этому вопросу века, свидетельствует то, что, несмотря на подтасовки в американской администрации, мы продолжаем выступать за диалог с нею, за поиски путей к договоренностям, за развязки в духе Рейкьявика. Свидетельством этому является и наше предложение по евроракетам. Тем самым мы вновь приглашаем администрацию США продолжить поиски, опираясь на Рейкьявик.
Во время московского форума "За безъядерный мир, за выживание человечества" мы близко почувствовали настроение мировой общественности, ее встревоженность и обеспокоенность, вызванную реакцией определенных кругов на Рейкьявик, тем, что не удалось остановить ядерные испытания, сорван наш мораторий, подорван Договор ОСВ-2, что оказался под угрозой Договор по ПРО, тем, что наиболее экстремистские группировки США ставят теперь на повестку дня испытания и даже развертывание ПРО космического базирования. Мы все это очень серьезно обдумали и решили сделать еще один шаг, который может привести к позитивному сдвигу в разоружении. Мы приняли решение вычленить из пакета вопросов вопрос о ракетах средней дальности для достижения договоренности, основывающейся по сути на Рейкьявике.
Я уже говорил, что Ваш визит символически совпадает с этим нашим шагом, который будет стимулировать процесс Рейкьявика, выход на дорогу ядерного разоружения. Мы убеждены в возможности достижения договоренности. Она имела бы большое политическое значение, ибо был бы сделан реальный крупный шаг по пути к разоружению. Его невозможно переоценить, ибо до сих пор мы только вооружались, а тогда начали бы разоружаться. Это было бы чрезвычайно важно и для создания атмосферы большего доверия в отношении политики друг друга. Такая договоренность была бы чрезвычайно важна и в чисто военном отношении, так как от ядерного оружия освобождалась бы значительная часть Европы, а в Азии такое ядерное оружие было бы существенно сокращено. Таким образом, это действительно крупное предложение, которое к тому же в Рейкьявике было доведено практически до стадии соглашения и которое мы договорились передать в Женеву. Эти наши предложения теперь находятся в Женеве, и повторяю, мы уверены, что договоренность по ним возможна. Естественно, это не исключает, что мы будем продолжать переговоры по стратегическим ракетам, по их сокращению. Однако тут на пути стоит СОИ. Возможно, если мы достигнем соглашения по РСД, это стимулировало бы и переговоры по стратегическим ракетам.
Это не снимает также наших предложений по обычным вооружениям, наоборот, мы ожидаем ответа на них. Не снимает это и наши предложения по химическому оружию. В этом отношении мы выступаем за активное сотрудничество, занимаем гибкую позицию и открыты для встречных инициатив. Это способствовало бы и решению других вопросов, стоящих пород человечеством, например, урегулированию региональных конфликтов, экономическому сотрудничеству.
В общем-то мир переполнен проблемами, ожидающими решения. И нужна активная политика с обеих сторон. Думаю, что в современном мире существуют объективные потребности для нормализации по всему фронту. Такие потребности будут пробивать дорогу в реальную политику. Может быть, это будет способствовать приливу в политику людей, способных выразить эти потребности в реальном измерении. Тогда будет все меньше поле деятельности для демагогов, конъюнктурщиков. Сейчас на политическую арену выходит новое поколение политических руководителей, которые всерьез понимают необходимость того, что мы называем новым мышлением. Мы весьма сочувствуем этому процессу.
С.ХЕРМАННССОН. Я благодарен Вам за описание происходящих процессов. Вы упоминали пресс-конференцию в Рейкьявике, и должен сказать, что она нас глубоко поразила, так как Вы сумели ясно и четко представить, как действительно происходили события на встрече.
К сожалению, вынужден согласиться с тем, что и в США, и в Западной Европе существуют определенные элементы, которые, по-видимому, не имеют достаточной веры, необходимой для достижения договоренности в области разоружения, необходимой для решения многочисленных проблем, стоящих перед миром.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Еще одна мысль в развитие уже сказанного. Время от времени я думаю, почему такую позицию занимают некоторые руководители или правительства. Часто такая позиция не отвечает долговременным интересам человечества и объясняется лишь предвыборными соображениями, соображениями борьбы с оппозиционными партиями, конъюнктурой. Такие руководители не могут вырваться из текучки и осознать масштабность происходящего.
С.ХЕРМАННССОН. Согласен. Такой подход зачастую основывается на недостатке понимания и доверия. Однако я оптимист по натуре и уверен, что все переменится, что Ваши предложения и инициативы окажут свое серьезное воздействие. Кстати, совсем недавно я присутствовал на встрече премьер-министров североевропейских стран и черпаю из нее источник для нового оптимизма. Обсуждал я этот вопрос недавно и с друзьями из демократической партии США. На основе этих обсуждений у меня складывается ощущение, что грядут какие-то перемены. Это мое личное ощущение. Правда, я не собираюсь сейчас обсуждать американскую политику.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Но ведь демократы очень не хотели бы, чтобы Рейган пал сейчас. Его преемник мог бы за оставшийся срок укрепить свои позиции, и они соглашаются со всем.
С.ХЕРМАННССОН. Может быть и так. Но я не хочу сейчас обсуждать американскую политику. Скажу, однако, что сам я получал образование в США и там у меня много друзей. Мое личное ощущение таково, что демократические лидеры и широкая публика заинтересованы в достижении соглашения, чтобы положить конец гонке вооружений. Здесь можно было бы привести примеры резкой критики продолжения ядерных испытаний в США, стремления использовать космос в военных целях.
Возвращаюсь вновь к теме Рейкьявика. Там я уже говорил, что необходимо исключить любое оружие из космоса. Я глубоко убежден, что нам всем необходимо последовать Вашим недавним предложениям, в том числе и о запрещении испытаний ядерного оружия. Представляется, однако, что наиболее интересным из ваших недавних инициатив является последнее предложение о ликвидации систем средней дальности. К тому же, как я понимаю, вы делаете это предложение без каких-либо условий.
Вам, вероятно, известно, что еще в 1984 году наш парламент принял единодушное решение о том, что в Исландии не должно быть никакого ядерного оружия. Кроме того, Исландия стремится к созданию безъядерной зоны на Севере Европы, до Гренландии включительно. Ваше предложение идет в том же направлении. Но здесь возникают некоторые вопросы. Предположим, что мы уничтожим эти ранеты, но ведь останутся другие ядерные вооружения. Включает ли Ваше предложение возможность уничтожения и их? Возьмем, например, подводные лодки. Предусматриваете ли Вы возможность уничтожения ядерного оружия на море? Вы также говорили, что будут продолжаться переговоры по обычным вооружениям. Однако, насколько мне известно, в Европе существуют опасения относительно дисбаланса в этом типе вооружений. Говорили Вы и о химическом оружии. Хотел бы узнать, как Вы представляете себе развитие событий в этих областях.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Мы весьма симпатизируем вашему предложению о создании безъядерной зоны на Севере Европы. И я хочу подчеркнуть еще раз, что строительство новых отношений невозможно без малых и средних стран, без их вклада в оздоровление международной обстановки. Это ясно для нашей политики. Одним словом, мы будем по-прежнему вести линию на переговорах по сокращению ядерного оружия, обычных вооружений и химического оружия таи, чтобы это не приводило к дисбалансу, к подрыву чьей-либо безопасности. Мы считаем, что никакие переговоры не могут дать результатов, если не соблюдается принцип равной безопасности. Поэтому мы за конструктивные поиски развязок по всем вопросам. Возьмите хотя бы наши предложения по оперативно-тактическим ракетам. Мы готовы вывести ракеты повышенной дальности из ГДР и Чехословакии, как только будет достигнуто соглашение по РСД, готовы приступить к переговорам в отношении оперативно-тактических ракет с меньшей дальностью. Таким образом, мы готовы обсуждать все вопросы, искать развязки по всему кругу проблем на основе равной безопасности. Но, повторяю, если не будет учитываться принцип равной безопасности, никакие переговоры не дадут результатов.
Хочу напомнить также, что нами выдвинута конкретная программа разоружения, рассчитанная на 15 лет. Мы сделали это 15 января 1986 года. Эта программа предусматривает конкретные этапы, проходя через которые она завершилась бы полным уничтожением ядерного оружия. Это касается всех систем оружия массового уничтожения.
С.ХЕРМАННССОН. Благодарю Вас. Я согласен с Вами в том, что даже самые малые нации должны участвовать в этом процессе. Это не только их право, но и обязанность. Мы не раз говорили, что Исландия - маленькая страна и у нее мало сил. Но мы все же верим, что наш голос может быть услышан. Вы говорили, что мир переполнен тревогами, проблемами, требующими решения. Именно поэтому я считаю себя обязанным посещать другие страны для обсуждения этих тревог. В то же время у меня возникает вопрос: как можно заставить других соблюдать возможные договоренности о полном запрещении ядерного оружия? Как можно заставить соблюдать их другие страны, обладающие этим оружием? Может быть, Вы обсуждаете эти вопросы с другими странами? Если так, то было бы интересно услышать Ваши соображения.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Вы, видимо, согласитесь, что сейчас лучше не втягиваться в этот вопрос. Главное - это сделать вместе с США первый шаг на пути к уничтожению ядерного оружия. Думаю, что в ходе этого процесса, осуществляемого по этапам, появятся конкретные предложения и подходы по другим вопросам. Они, в частности, содержатся в нашей программе от 15 января, где мы также говорим, как и когда другие ядерные державы - Франция, Англия и Китай - могут подключаться. Действительно, существует вопрос о механизме недопущения других стран к ядерному оружию. Ведь технический прогресс может позволить им иметь соответствующую технологию. Все это - реальные вещи, но сейчас важно начать двигаться, сделать первый шаг на пути к разоружению.
С.ХЕРМАННССОН. Полностью с Вами согласен. Можно, конечно, представить себе различные сложности, пороги, которые предстояло бы преодолеть на этом пути, но важно с чего-то начать. Когда я услышал о Вашем предложении об РСД, причем без каких-либо условий, то я сказал себе - против этого не может быть возражений. И я искренне надеюсь, что ваше предложение реализуется в первый практический шаг, после которого можно подумать и о последующих шагах. Я также с интересом отметил Ваши слова о том, что мир переполнен другими проблемами, нерешенность которых ведет к разрушению окружающей среды, атмосферы и т.п. Все эти вопросы заслуживают того, чтобы люди всего мира объединились в поиске решений. В этой связи я с большим интересом отметил Ваш ответ на письмо профессора Маруа - директора "Института человека", где Вы изложили Вашу точку зрения на эти проблемы.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Если мы сдвинем проблему разоружения, это стимулирует поиски решений и по другим вопросам. И мы не просто говорим, а действуем в этом направлении. Думаю, например, что многое мы могли бы сделать в Европе в рамках общеевропейского процесса. Мы за его расширение и углубление. И для достижения реальных целей предлагаем двигать этот процесс в поиске взаимоприемлемых решений злободневных вопросов, в частности, в азиатско-тихоокеанском регионе. Мы также предложили вариант решения ближневосточной проблемы - через подготовительный комитет прийти к международной конференции. Существуют также интересные предложения по решению общечеловеческих проблем, например идея создать международный реактор, т.е. помочь человечеству получить необходимую энергетическую базу на будущее. Идет уже процесс экологического сотрудничества. Мы приветствуем все это и будем играть свою роль. Рады, что на наш призыв в МАГАТЭ уже поступил отклик от ряда государств. Таким образом, действительно существуют возможности для многообразного сотрудничества.
С.ХЕРМАННССОН. Действительно, прогресс в этих важных областях невозможен без вашего участия, и я рад тому, что вы это подтвердили. Вы говорили сегодня, что хотели бы сохранить дух Рейкьявика, что малые страны должны вносить свой вклад в дело укрепления мира и улучшения взаимопонимания. По моему глубокому убеждению, доверие между людьми невозможно без взаимного знакомства. И в этом отношении Московский форум стал чрезвычайно важным шагом. У меня возникает вопрос, каким образом Исландия могла бы принять участие в этом процессе? И здесь у меня родилась идея: может быть, следует нам, в Исландии, создать фонд с целью улучшения взаимоотношений между Востоком и Западом, Севером и Югом, в рамках которого можно было бы проводить встречи и дискуссии. Интересно, как крупные державы могли бы способствовать созданию такого фонда? Может быть (шутя), внесли бы сумму, равную стоимости одной атомной бомбы?
М.С.ГОРБАЧЕВ. Стоит обдумать идею создания фонда. Она мне нравится. Нечто вроде "фонда Рейкьявика". Правда, сейчас мне трудно высказать свое окончательное суждение.
Кстати, Вы уверены, что в Исландии нет атомных бомб?
С.ХЕРМАННССОН. Совершенно уверен. Мы проводили инспекции объектов на нашей территории и уверены в этом. Но если бы вдруг такая бомба оказалась на нашей территории, то это было бы грубейшим нарушением условий нашего соглашения с США. Просто не могу представить себе такое.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Во второй части Вашего заявления Вы затронули вопросы, связанные с нынешним этапом развития советского общества. Надеюсь, что сегодня утром Вы уже обсудили с Н.И. Рыжковым экономические аспекты перестройки. В политическом же плане наш замысел прост: мы считаем, что в Советском Союзе созрели объективные потребности перестройки общества, придания ему нового динамизма. Для этого необходимо использовать политические, духовные и всякие другие возможности социализма. Для нас вопрос ясен - мы будем использовать наши экономические возможности, основанные на социалистической собственности, политическую систему, основанную на социалистическом демократизме. Наш опыт показывает, что для этого мы обладаем огромным потенциалом. Мы мужественно обдумали все и сказали себе, что перестройка необходима. Альтернатива этому - застой. В деформациях, которые у нас появились как в экономическом, моральном, так и политическом развитии, был виноват не социализм, а мы - партийные, государственные органы, руководство страны. И мы прямо сказали об этом народу. Наша политическая концепция была поддержана всем народом. Общество приняло ее не на веру, а на основе серьезного обсуждения во всем обществе на основе той самой гласности - слово, которое Вы произносите по-русски. Правда, когда мы начали двигаться от концепции к реальной политике, без болезненных процессов не обходится. Однако общество, во всяком случае большинство его, не хочет мириться с тем, что было.
Мы будем двигать вперед, но не расшатывать наше общество. Мы будем его совершенствовать и придавать ему больший динамизм. Конечно при этом мы не будем суетиться и торопиться. Будем вести дело последовательно и твердо на основе взвешенных решений. Мы говорим: у всех есть шанс включиться в этот процесс, для этого и гласность, отмеченная Вами. В этом котле перестройки, котле бурного общественного мнения и деятельного творчества переплавится общество и получится новое качество. Гарантии этому - наш социалистический демократизм. Сама концепция проста, но очень непросто объединить вокруг нее 280 миллионов человек. Для этого требуются время и усилия. Но мы будем действовать неуклонно, стремясь к более высокому качеству социализма.
С.ХЕРМАННССОН. Я с большим интересом слежу за происходящим в Советском Союзе. Я был в Советском Союзе несколько раз и думаю, что знаю его. Из происходящего у вас вижу, что вы на правильном пути. Кстати, должен сказать, что людям вообще свойственно желание избежать перемен. Это можно сказать и об Исландии. Сегодня утром мы обсуждали с вашим премьер-министром различные экономические аспекты вашей новой политики, но не затрагивали политических и гуманитарных аспектов, столь же важных. Я восхищаюсь Вашими идеями, Вашими речами, свободными от старых, заскорузлых представлений. Между прочим, рад, что теперь Ваши недавние противники могут свободно говорить и даже аплодируют Вам. Поздравляю Вас с этим.
Сейчас в мире происходит новая революция в системе общения. Необходимо дать людям возможность свободно общаться друг с другом, высказывать свои идеи. Кстати, в вашей стране имеется много первоклассных ученых, которые выиграли бы от такого обмена мнениями. Представляется, что вы идете по правильному пути. Еще раз поздравляю Вас с этим.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Думаю, что это будет нелегкая дорога. И потому, что она охватывает все слои общества огромной страны, и потому, что мы не ограничимся малярно-штукатурными работами, косметикой. Мы берем глубоко. Дело идет не просто, не безболезненно, но это необходимо. У нас нет готовых ответов на все вопросы. Мы продвигаемся вперед, набираемся опыта, извлекаем уроки из уже сделанного. Но главное политическое направление мы определили, и оно воспринимается в партии и обществе в целом.
С.ХЕРМАННССОН. Собираетесь ли Вы в ближайшее будущее расширить возможности для поездок за рубеж и принимать больше туристов у вас в стране, т.е. открыть страну для внешнего мира?
М.С.ГОРБАЧЕВ. Я ставлю под сомнение сам вопрос - открытое мы общество или нет? Наше общество давно открыто, еще не известно, чье общество открыто больше. Что касается масштаба обменов, то они определяются конкретными условиями: мы можем принять пока что ограниченное число туристов. По мере расширения базы будем принимать больше, будут расти возможности и для поездок советских людей. Политических препятствий этому нет. Есть только материальные и технические препятствия.
С.ХЕРМАННССОН. Хочу сразу ввести ясность в один вопрос. Я не знаю ни одного случая, чтобы гражданину Исландии отказывали в визе в Советский Союз, но мне известны случаи, когда исландцам отказывали в американских визах.
В одном из ваших выступлений я читал, что предполагается выезд большого числа советских граждан в другие страны. Так ли это?
М.С.ГОРБАЧЕВ. Я не делал заявлений подобного рода, но просьбы внимательно рассматриваются с учетом существующей ситуации. Насколько мне известно, количество выездов увеличилось. Вообще хорошо бы поменьше спекуляций по этому вопросу. Таков наш подход. Кстати, если Исландия не может согласиться с таким обращением, когда ущемляется ее суверенитет, то и Советский Союз не потерпит этого. Мы можем за себя и постоять. А когда на нас пытаются давить, мы сопротивляемся. И имеем такую возможность!
Что касается вопроса, какое общество открытое, а какое нет, то, возможно, вскоре этот вопрос встанет в Соединенных Штатах - о гласности в отношении нас. Вы ведь знаете, что в США, в их прессе много разной болтовни на разные темы, но не узнаешь, что делается на фабриках, как обстоит дело с работой для миллионов людей. Это - заговор капиталистов, владеющих развлекательной и пропагандистской индустрией. И публика, которая этим ведает, повязана своими доходами. У нас есть свои ценности, которыми мы дорожим. И пусть нам не навязывают чуждые.
С.ХЕРМАННССОН. Я сам не отношу себя ни к капиталистам, ни к социалистам. Считаю себя где-то посередине, но согласен, что каждая страна должна иметь право выбирать собственную политическую систему. У вас существует огромный потенциал, свидетельством чему является тот факт, что, несмотря на колоссальные потери во второй мировой войне, вы за короткий период времени стали великой державой. Думаю, что вы находитесь на правильном пути, осуществляя политику гласности, и желаю вам в этом всяческих успехов.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Я рад вновь встречаться с Вами. И прощу передать самые добрые приветствия исландскому народу и его правительству. Наши симпатии к Исландии особенно возросли в связи с подготовкой и проведением рейкьявикской встречи, в связи с ее позицией после Рейкьявика. Вам, вероятно, предстоит в рамках вашей демократии отчитываться перед своим народом, и я буду признателен, если вы сочтете возможным передать наилучшие пожелания правительству и народу Исландии.
С.ХЕРМАННССОН. Я был рад познакомиться с Вами в Рейкьявике и с удовольствием продолжаю наше знакомство здесь, в Москве. На меня производит глубокое впечатление все, что вы делаете. Это вселяет в нас, во всем мире, новые надежны, а это именно то, что нам необходимо. Мир стал слишком угрюмым и пессимистичным. Нам действительно требуется надежда. Требуется стимул оптимизма. Надеюсь, что вы будете следовать неуклонно выбранному вами пути. И это будет содействовать увеличению оптимизма в мире. Я передам Ваши пожелания нашему народу, что, несомненно, приведет к улучшению отношений между нашими странами. Со своей стороны передаю также наилучшие пожелания Вам и вашему народу.
М.С.ГОРБАЧЕВ. Наши сегодняшние беседы выявили совпадение взглядов по главным вопросам международной политики. Это приятно. Могу заверить Вас, что Советский Союз будет последовательно проводить политическую линию на оздоровление международных отношений, и прежде всего в вопросах ядерного разоружения.
С.ХЕРМАННССОН. А как мы могли бы содействовать этому?
М.С.ГОРБАЧЕВ. Вы и так правильно действуете в северных странах. Если ваша идея безъядерной зоны будет реализована до конца, то это приведет к снижению противостояния и в этом районе, и к улучшению отношений, снижению военного присутствия в мире в целом.
Сегодня чрезвычайно важен диалог. Он необходим для того, чтобы выйти из нынешней сложной обстановки на путь сотрудничества.
С.ХЕРМАННССОН. Действительно, диалог необходим для лучшего понимания друг друга. И мы надеемся, что ваша ставка на диалог даст надежду на выход из создавшегося положения всему миру.
