«Вместе — к лучшему миру». Выступление М.С. Горбачева в Конгрессе США (1992)

Информация о выступлении
Михаил Горбачев выступает перед Конгрессом США, 14 мая 1992 года
Страна	США
Город	Вашингтон
Дата	14 мая 1992 г.
Место	Конгресс США, Капитолий

Описание

14 мая 1992 года Михаил Горбачев выступил перед обеими палатами Конгресса США в ходе своего визита в Соединенные Штаты — первого после отставки с поста Президента СССР. Речь стала кульминацией поездки. В ней Горбачев призвал к равноправному партнерству между Россией и Америкой, предостерег от попыток удержать Россию на второстепенных ролях в мировой политике и обратился к конгрессменам с просьбой поддержать реформы в России. Отдельно он затронул проблему ядерного нераспространения, нестабильности в Европе и судьбу русскоязычных меньшинств в бывших советских республиках.

Основные тезисы

• Мир фундаментально изменился, и политикам необходимо новое мышление — не только во внешней, но и во внутренней политике.
• Национальные интересы не являются чем-то раз и навсегда данным: в эпоху взаимозависимости и глобальных вызовов их содержание меняется.
• Россия — законный правопреемник СССР — является крупнейшей ядерной державой, и слабая или изолированная Россия не отвечает интересам США.
• Главная ядерная угроза сегодня — не обмен ударами между сверхдержавами, а потеря контроля над оружием; необходимы масштабные международные программы для ученых-ядерщиков.
• Конгресс должен поддержать реформы в России: исторический момент не должен быть упущен.

Исторический контекст

Выступление состоялось через пять месяцев после распада СССР и отставки Горбачева с поста президента в декабре 1991 года. Россия переживала острый экономический кризис, связанный с либерализацией цен и переходом к рыночной экономике. Администрация Буша обсуждала пакет помощи России. В это время в Конгрессе рассматривался вопрос об оказании финансовой поддержки реформам в постсоветских государствах. Горбачев выступал уже как частное лицо, однако его обращение к Конгрессу получило широкий резонанс. Речь вошла в историю как одно из первых послеотставочных публичных выступлений Горбачева на международной арене и стала манифестом его взглядов на новый миропорядок.

Текст выступления

Размер текста:А−АА+

Уважаемый спикер!
Уважаемые члены Конгресса Соединенных Штатов!
Дамы и господа!

Я высоко оценил приглашение выступить перед вашим Высоким собранием и воспользуюсь им, чтобы поделиться мыслями о проблемах, важных, как мне представляется, и для нас, и для вас.

Прежде всего хотелось бы отметить важность и масштабность перемен, особенно происшедших в последние годы. Мы не в полной мере отдаем себе отчет в том, что живем уже в другом мире. Наше сознание, фиксируя эти большие перемены, во многом продолжает скользить по наезженной колее, пропуская новую реальность через сито традиционных ценностей, представлений и понятий. Это верно и в отношении тех, кто несет бремя принятия политических решений. Поэтому, видимо, нередко эти решения являются, мягко говоря, неадекватными нынешней ситуации, несут на себе печать прошлых подходов, создают препятствия на пути дальнейшего позитивного развертывания перемен. Есть примеры этому как во внешней, так и во внутренней политике.

Отсюда проистекает настоятельная потребность овладения новым мышлением. Иногда этот термин воспринимают только как приглашение к проведению новой внешней политики. Я его трактую в гораздо более широком смысле. Чтобы проводить действительно новую политику, нужно правильно оценить изменившуюся действительность. А это, в свою очередь, зачастую требует болезненной ломки прежних выводов, оценок, симпатий и антипатий, без которой неизбежны просчеты, шараханье в политике, что всегда несет в себе большие опасности.

Я испытал большое удовлетворение, прочитав речи Президента Буша в Розовом саду 21 апреля и госсекретаря Бейкера в Чикаго 22 апреля 1992 года. Я убедился, насколько широко и по-новому масштабно они мыслят себе ход событий в мире в действительно изменившейся ситуации. Разумеется, я не все могу принять в установке «на лидерство Америки», но мне очень импонирует трактовка интересов США, в том числе экономических и национальной безопасности, в тесной связи с утверждением демократии в России и в других государствах бывшего СССР.

Другая тема, которой я хочу коснуться, — это проблема национальных интересов в международном мире. Мне представляется она сейчас исключительно важной.

Вряд ли будет продуктивным изыскание аргументов с целью доказать, что в нынешней новой обстановке государства предпочтут национальным интересам нечто другое, тем более пойдут на отказ от них. И сегодня национальные интересы оказывают определяющее воздействие на формирование внешней политики и ее реализацию. Но одновременно приходится считаться с новыми факторами в мире.

Это — взаимозависимость. Это — целостность мира. Это — глобальные вызовы.

Они диктуют другие приоритеты в по-настоящему реальной политике.

Но такая политика требует непременно исходить и из того факта, что меняется само содержание национального интереса. Хотелось бы особенно обратить на это внимание. Действительно, разве интерес любой страны, тем более великой державы — нечто раз и навсегда данное, что-то абсолютно неизменное? В связи с этим невольно вспоминается известное изречение древних греков.

Положительным моментом является все большее распространение понимания того, что на рубеже веков в обстановке фундаментальных перемен и в Европе, и в мире меняется сама система национальных приоритетов, механизмов их реализации. Политики тоже несут ответственность за то, чтобы нация правильно понимала свой жизненный интерес. По своему опыту знаю, куда может завести укоренившееся в идеологии убеждение в том, что Советскому Союзу, например, жизненно необходимо иметь военное присутствие в какой-нибудь стране Экваториальной Африки. Думаю, что у Соединенных Штатов есть не меньший «опыт» в этой области.

Национальный приоритет — это высший интерес государства, нации, народов ее составляющих. Его непросто выявить и точно определить. Но опасно выдавать за него конъюнктурную или эгоистическую потребность каких-либо, пусть даже очень влиятельных, групп или слоев — будь то в экономике, в военно-промышленном комплексе, в политических партиях.

Мы с президентом Бушем не раз вели на эту тему основательные разговоры. Мы старались разобраться в этой деликатной проблеме, особенно применительно к следующему вопросу: какие именно отношения между нашими странами отвечают подлинно национальным интересам обеих сторон вместе и каждой в отдельности, а также интересам международного сообщества?

Эти размышления не могли не повлиять на политику обеих стран и принесли определенные результаты. Естественно, мне не хотелось бы, чтобы все приобретенное во взаимоотношениях между руководством США и России было потеряно.

По моему мнению, основными международными приоритетами разумной и современной внешней политики, отвечающей общим интересам, являются следующие:

• продолжение линии на оздоровление международных отношений;
• объединение усилий в предотвращении угроз, нависших над средой обитания;
• сотрудничество в обеспечении энергией и продовольствием; взаимодействие в процессе разоружения;
• содействие демократическим преобразованиям и охрана прав человека.

Моя поездка по США показала, какой огромный интерес проявляется в самых различных кругах американского общества ко всему происходящему у нас, особенно в России. Несколько слов об этом.

СНГ — скорее формальная конструкция. Уверен, что государствам, возникшим в результате распада СССР, придется искать какую-то форму интеграции. Иначе большинству из них придется пережить тяжелейшие времена выхода из кризиса поодиночке, и не исключено, что потом они могут обнаружить себя на обочине мирового процесса. Сейчас ситуация носит запутанный характер. Соединенным Штатам придется иметь дело с рядом различных государств на территории бывшего СССР.

Очевидно также, что в системе внешнеполитических приоритетов среди других государств СНГ наибольшее место займет Российская Федерация. Я считаю так не потому, что являюсь гражданином этого государства, а исходя из бесспорных фактов, с которыми невозможно не считаться.

Россия признана законным правопреемником СССР, она заняла его место в Совете Безопасности ООН. Россия является крупнейшей ядерной державой, и даже резкое сокращение оборонного потенциала не лишит ее этого качества. Россия — и после перемен в ее облике — остается территориально самым большим государством мира. Ее население составляет 150 млн. человек. Она располагает величайшими природными ресурсами, высококвалифицированной рабочей силой, огромным, хотя и устаревшим, промышленным потенциалом и в ряде областей — выдающимися научными кадрами.

Сейчас Российская Федерация находится в тяжелом положении. Но ведь внешняя политика должна быть рассчитана не только на сегодняшний, но и на завтрашний день. А Россия завтра непременно станет крупным процветающим государством, удельный вес которого в мире будет соответствовать его мощным возможностям.

Многое в отношениях между нашими странами будет зависеть от того, какие шаги предпринимаются сейчас. Последние программные выступления вашего Президента и государственного секретаря на эту тему свидетельствуют о том, что понимание этого имеется.

Поэтому я хотел бы, в свою очередь, поделиться своими представлениями об этом процессе. После 1985 года в отношениях между СССР и США произошли серьезные позитивные сдвиги. Сейчас очень важно, чтобы наработанное за эти годы не было забыто и получило развитие. В общем плане, повторяю, понимание такой необходимости налицо. Соответствующие заявления были сделаны с обеих сторон. Но, как хорошо известно, одних заявлений мало. Настоящие трудности выплывают на поверхность тогда, когда приступают к конкретному делу. Как говорится в известной пословице, «дьявол прячется в деталях». Предстоит, например, очень кропотливая работа по анализу и подтверждению множества договоров, заключенных США с Советским Союзом.

Возьмем, для примера, серию договоров о разоружении. Обязательства, взятые на себя Советским Союзом, должны быть выполнены всеми государствами-членами СНГ без всяких исключений. Это в особой степени относится к ядерному оружию. Но проблема стоит теперь иначе, чем в период заключения известных договоров. Характер ядерной угрозы принципиально изменился.

Сейчас самую главную опасность представляет не обмен ядерными ударами между глобальными соперниками, а потеря контроля над ним. Сокращение накопленного потенциала должно продолжаться. Конечная цель — безъядерный мир — остается. Но до этого момента — а период может быть достаточно продолжительным — потребуются дополнительные гарантии недопустимости расползания ядерного оружия. Уже на протяжении ряда лет мировая общественность обеспокоена тем, что в отдельных странах, не подписавших Договора о нераспространении ядерного оружия, ведутся работы по его созданию. Тревога эта усилилась в связи с распадом Советского Союза.

Мир вздохнул с облегчением, когда была достигнута договоренность о сосредоточении на территории России всего советского тактического ядерного оружия, о создании централизованного механизма управления стратегическим оружием. Но обострение отношений между «ядерными» республиками бывшего СССР породило сомнение: будет ли это соглашение выполнено? Думаю, что США и Россия должны совместно держать эту проблему под контролем до тех пор, пока не будет полной гарантии, что она окончательно снята с повестки дня.

Мировая печать в последнее время много пишет об угрозе расползания ядерной технологии в результате эмиграции советских ученых и других специалистов в этой области. Должен сказать, что в публикациях на эту тему много преувеличений. Никакого массового отъезда наших ядерщиков и ракетчиков пока не произошло. Те, кто выезжает, направляются главным образом в страны, где ядерная технология и без того на высоком уровне, — в США, Англию, Францию и т.п.

Но потенциальная опасность такой эмиграции существует, тем более, что кампания в печати как бы подсказывает охотникам за ядерным оружием, по какому адресу искать. Я приветствую меры, предпринятые США и Россией, а также инициативу президента Миттерана, направленные на то, чтобы предотвратить такой оборот дела. Тем не менее, не буду скрывать, что считаю предложенные меры недостаточными. Необходима незамедлительная разработка масштабных международных исследовательских программ, в которых можно было бы занять большинство освободившихся ученых-физиков, в том числе российских и американских.

До сих пор я говорил о России как о правопреемнице Советского Союза. Но это только одна сторона дела. Российская Федерация утверждается как новое государство, со своими специфическими национальными, геополитическими и экономическими интересами, внешнеполитическими приоритетами и проблемами. В сфере обороны России придется решать задачу обеспечения своей национальной безопасности, и она вправе рассчитывать на понимание со стороны Америки и НАТО.

Весьма острый, а порой и драматический характер стала приобретать в России проблема национальных общностей, которые в результате членения единого в прошлом государственного организма отрываются от привычной Родины и насильственно оказываются за рубежом. Это касается в первую очередь русских, но также и других национальностей, органично связавших себя с русской культурой, языком, с русскими формами общежития. Ситуация усугубляется тем, что пароксизмы крайнего национализма кое-где породили прямую дискриминацию меньшинств. Иногда она доходит до уровня, сравнимого с апартеидом. В этой ситуации любой неосторожный шаг, кем бы он ни делался, пусть даже с добрыми намерениями, может быть истолкован в превратном смысле и использован вразрез с теми целями, на которые рассчитывали.

Несомненно, не может оставаться без должной квалификации любое действие, противоречащее экстерриториальным принципам соблюдения прав человека. Помощь в этой области со стороны США, ООН, ЕС не уступала бы по значению гуманитарной продовольственной помощи Запада.

Следует также отдавать себе отчет: никакое российское правительство не будет игнорировать проблемы дискриминации русскоязычного населения, тем более, когда это приводит к вооруженным конфликтам и появлению сотен тысяч беженцев. Если демократы не решат этой проблемы — решать ее будут националисты тоталитарного склада. Вряд ли в интересах Соединенных Штатов не учитывать этого обстоятельства в отношениях с Россией и другими государствами СНГ.

Существует связанный с этим, но более широкий вопрос — вопрос о нестабильности на европейском континенте. У Соединенных Штатов свои обязательства в Европе, и им от них никуда не деться. Для России стабильность в Европе — это жизненный вопрос, затрагивающий ее непосредственно.

Сама жизнь, таким образом, подталкивает к совместным действиям. Необходимо быстрее двигаться к созданию системы общеевропейских механизмов примирения, арбитража, а в случае необходимости и принудительных акций по предотвращению или прекращению конфликтов. В этой связи я полностью поддерживаю предложение создать своего рода Совет Безопасности для Европы, снабдив его широкими полномочиями. Думаю, что такой шаг был бы и в интересах Соединенных Штатов.

В своей европейской политике Россия не может пройти мимо опасности ее изоляции от Центральной и Западной Европы. Такая тенденция уже просматривается. На российских западных границах сложилась цепь государств, которые могут стать как мостом, так и кордоном между Россией и остальной Европой. Сближения требуют и геополитические интересы России, и интересы российской демократии. Изоляция России, оттеснение ее на Восток — не в интересах Соединенных Штатов, не говоря уже о Западной Европе.

Российской Федерации предстоит выработать новый тип отношений с бывшими среднеазиатскими республиками. Сейчас и у нас, и на Западе много рассуждают о растущей здесь опасности политизированного исламского фундаментализма. Я считаю эту опасность преувеличенной. Во всяком случае, история, экономическая взаимозависимость, многие психологические, культурные и политические последствия столетнего сожительства народов Средней Азии с Россией говорят в пользу того, что при неизбежном спаде эффекта высвобождения от «имперских пут» добровольно и естественно пойдет процесс сближения на новой основе.

Но для этого нужна и хорошо продуманная во всех деталях политика, в первую очередь со стороны самой России. Немалую роль здесь могут сыграть построенные на современных демократических принципах отношения Соединенных Штатов, других крупных государств Запада со странами Средней Азии. Шаги, предпринятые Вашингтоном на этом направлении, до сих пор мне представляются приемлемыми. Здесь близость интересов США и Российской Федерации очевидна.

Сфера соприкосновения этих интересов охватывает проблемы глобальной безопасности, региональной политики на Ближнем Востоке, в Азиатско-тихоокеанском регионе, а также в Латинской Америке, Африке. Об этом уже говорилось несколько дней назад в Нью-Йорке.

Основной пафос моего выступления, как вы, вероятно, уже заметили, направлен на равноправное и взаимовыгодное партнерство Соединенных Штатов и России. Мне, конечно, известно, что в США есть люди, считающие, что интересам вашей страны более отвечает слабая, раздробленная Россия, низведенная на второстепенный уровень в мировых делах. Не буду вступать в полемику с этой точкой зрения. Просто отмечу в этой связи два, как мне кажется, важных положения.

Первое. Целесообразно ли ставить во главу угла политики неразрешимую задачу? Россию невозможно будет удерживать в офсайде мировой политики. Такие попытки в перспективе безнадежны, и единственным их результатом будет нанесение вреда российской демократии, если не ее полный подрыв.

Второе. Разве Соединенные Штаты не нуждаются в хорошем и достаточно влиятельном партнере для проведения высокоморальной и разумной политики? Россия может быть таким партнером. Теперь ее не отделяет от Соединенных Штатов различие взглядов на основополагающие вопросы человеческого бытия. Она геополитически не противостоит США и не соперник Америке: для этого у нее нет ни реального интереса, ни побудительных мотивов. К тому же «эпоха супердержав», видимо, все больше будет отходить в прошлое.

Если эти соображения верны, то в интересах США оказать реальную поддержку реформам в России. Сейчас самый трудный их этап. Мы еще не прошли нижнюю точку кризиса. Люди мужественно переносят тяготы, потому что не хотят возврата к прошлому. Но уже в ближайшее время предстоят трудные решения и испытания, связанные прежде всего с либерализацией цен на энергоносители.

Я обращаюсь к членам обеих палат Конгресса: когда будет приниматься решение по предложению администрации о поддержке реформ в моей стране, помните о том, что поставлено на карту.

Надеюсь, что Конгресс поступит в своих лучших традициях двухпартийности и ответственности. Речь идет об историческом моменте и историческом шансе. Он не должен быть упущен!

Нелишне напомнить, что даже в самые худшие времена русский и другие народы моей страны не питали чувства вражды к американскому народу. Когда Россия выйдет из тяжелого кризиса, в сознании ее народов навсегда останется память о благородстве американцев, проявленном в трудное время. Так было уже не однажды, особенно в конце войны с фашизмом. Правда, эти чувства были быстро придавлены и смыты волной сталинистского морального, да и физического террора. Теперь такое никогда не повторится!

Я высоко оцениваю перспективы сближения и сотрудничества между новой, демократической Россией и Америкой и очень рад, что в этом зале находится много людей, готовых приложить к этому свои усилия.

Давайте действовать вместе.

Публикация

• «Вместе — к лучшему миру». Выступление в Конгрессе США, Вашингтон, 14 мая 1992 года // Горбачев Фонд : [сайт]. 2023. 15 марта. URL: https://www.gorby.ru/gorbachev/in_press/post_3521 (дата обращения: 19.03.2026).
• Горбачев. М.С. Вместе - к лучшему миру // Мир перемен. 2023. № 1. С. 5-11.

Фотографии

• 
  М.С. Горбачев выступает в Конгрессе США (14.05.1992)
• 
  М.С. Горбачев, П.Р. Палажченко во время пребывания в США
  (02-15.05.1992)
• 
  М.С. Горбачев во время пребывания в США
  (02-15.05.1992)